Вы находитесь здесь: // Оборонные рубежи // Белая Русь: неизвестная война

Белая Русь: неизвестная война

img12 Посвящается россиянам в знак благодарности за освобождение белорусского народа от шестивекового литовско-польского ига...

Двести двадцать лет тому назад, в 1795 году, произошло это знаменательное событие. К сожалению, белорусские идеологи и историки не хотят вспоминать эту дату. Переписали они историю белорусского народа и сейчас усиленно работают над созданием белорусской нации без русских...

Хуже татар

Мы должны знать, что белорусы и россияне вышли из одной колыбели – Киевской Руси. Корни у нас одни и Православная Вера у нас одна. Мы русские! Но в XIII веке постигла нас беда. Из-за княжеской междоусобицы не смогли мы противостоять нашествию татаро-монголов. Киевская Русь была разрушена и залита кровью.

Этим и воспользовались литовские племена:

«Литва сделалась господствующим племенем не в силу своей племенной численности, а благодаря нашествию татар. До этого князья литовские и носа не смели показать из-за Немана и Вилии, сидели тихонько в дебрях своих лесов: кто в Кернове, кто в Креве, кто в Троках, кто в глуши Жмуди. Но лишь только татары, под предводительством Гаюка, разорили Мозырь, Туров, Пинск, Клецк, Слуцк и Новогрудок,— и это сделалось известным князьям литовским,— Эрдвилл со своею дружиною оставляет Кернов, переходит Неман и является на пепелище Новогрудка. На развалинах Новогрудка, в 1237 году, Эрдвилл воздвигает свой замок. Укрепясь в Новогрудке, Эрдвилл движется к Клецку, но и здесь находит одни развалины. И с Клецком Эрдвилл сделал то же, что и с Новогрудком. Между тем князь жмудский Скирмонд переходит реку Вилию, занимает города Заславль, Минск, Слуцк и Пинск. В Пинске Скирмонд основывает свой замок. Князья жмудские, сподвижники Скирмонда, начинают владеть Минском».

(«Воспоминание о древнем православии Западной Руси». Москва. Синодальная типография на Никольской улице, 1867)

Вот так предки белорусов оказались не по своей воле в другом государстве. Избежать гонений за свою Веру от литовских князей-язычников православным христианам не удалось. В 1347 году, во время правления литовского князя Ольгерда по суду языческого жреца были преданы мученической смерти три православных христианина – Антоний, Иоанн и Евстафий. В 1374 году по ходатайству Митрополита Московского Алексия перед Константинопольским Патриархом Филофеем Виленские мученики были причислены к лику святых.

Положение православных христиан ещё более ухудшилось после того, как в 1386 году сын Ольгерда литовский князь Ягайло крестился по католическому обряду и женился на польской принцессе. В результате этого династического брака Ягайло становится польским королём и берёт на себя обязательство обратить в католическую веру все население Великого Княжества Литовского (ВКЛ). Таким образом поляки получают в свое распоряжение территорию Западной Руси.

Для осуществления этих планов было задумано заставить православных христиан Западной Руси заключить унию с папой Римским и тем самым признать его своим главой. Для православных христиан это была трагедия. Признать возможность догматического единения с католической церковью означало заявить о своей готовности стать перекрещенцем. На это наши предки пойти не могли.

В ответ на нежелание принять чужую веру в 1436 году на территории ВКЛ вводится инквизиция. Противников католицизма преследуют и подвергают казни. Запрещается использование русского языка. Православным христианам для совершения обрядов крещения, венчания и погребения необходимо было брать разрешение у ксендзов, при этом хоронить по православному обряду разрешалось только ночью. Везти тела усопших православных христиан на кладбище можно было через те городские ворота, которые предназначались для вывоза нечистот.

Вот в какую кровавую и грязную яму ввергли литовские князья русский народ Западной Руси! И сейчас мы, православные христиане, должны приложить все силы для того, чтобы узнали белорусы, сколько горя, слез и унижений скрывалось за красивым названием “Великое княжество Литовское”!

А сегодня, на наших глазах, нисколько не смущаясь, белорусские «историки» пытаются ввести в сознание каждого белоруса литовскую составляющую взамен русской. И всё это делается под лозунгом возрождения «белорусской идеи».

(Но перестарались наши учёные. По результатам их деятельности белорусский народ обвинили... в воровстве — литовские учёные заявили, что соседи, то есть мы, одержимы так называемым белорусским литвинизмом настолько, что нагло претендуем на ИХ историю).

Нам, белорусам, стыдно за своих «историков», которым так захотелось приобщиться к западной цивилизации, что стали они придумывать для белорусского народа национальных героев, которые никогда не были белорусами!

Разве белорусские «историки» не знают, что для предков белорусов в Великом Княжестве Литовском была введена инквизиция? Может быть, им надо напомнить, для чего она обычно вводится? Разве они не знают, что в Витебске по приказу литовского князя Свидригайло, сына Ольгерда, после четырёх месяцев пыток был сожжен митрополит Герасим? «Князь Литовский Свидригайло пойма митрополита Герасима, и окова твердо железы, и спровади в Видбеск, и держав на крепости 4 месяци, сожже огнём» («Витебская старина». Т. 1. Сапунов А. П. Витебск, 1883.— С. 34).

Против православных христиан Белой Руси был объявлен настоящий крестовый поход! Своих эмоций папа Римский не сдерживал: «Да проклят будет тот, кто удержит меч свой от крови» («Исторический очерк церковной унии». Протоиерей Константин Зноско. Минск, 2004, с.233). Почему на таком высоком уровне раздавались призывы истреблять белорусов? И куда нас, белорусов, завела бездумная политика литовских князей?

«Примеру своих духовных отцов во всем следовали управляющие из католиков. Они делали заезды на православные монастыри и церкви, производили здесь буйство, выгоняли монахов и монахинь, раздев последних донага, и, очистив таким образом монастырь или церковь, передавали их униатам. Подобные заезды сделаны были минской шляхтой на Минский Петропавловский монастырь и витебской шляхтой на Марков монастырь. Шляхтичи разбойническим образом нападали на православных священников, истязали и даже убивали их. Православным священникам отрубали пальцы, привязывали их нагими к четырём кольям, привешивали за руки и за ноги к шестам, заставляли есть сено, бегать на аркане за лошадьми. В Орше с оружием напали на Кутеинский женский монастырь и подожгли его. В Слуцке сожжены три православные церкви: Воскресенская, Замковая и Варваринская» («Белоруссия и Литва». Мн., Изд. центр БГУ, 2004).

Надо обратить внимание на то, что делали это не дикие кочевники! Это Европа таким образом приобщала белорусов к своим ценностям! Но наши предки не смирились и, несмотря на зверства сторонников унии, не предали Веру своих отцов.

Непокорённый народ

В октябре 1618 года жители Могилёва закрыли городские ворота, наставили пушки и не пустили в город униатского епископа Иософата Кунцевича. Могилевчане знали, что их ждёт расправа, но от Веры своей они отказаться не могли. Тогда польские войска взяли город штурмом и разграбили его. Оставшиеся в живых защитники Веры Православной были казнены.

В 1623 году в Варшаве состоялся Сейм, на котором выступил известный просветитель Лаврентий Древинский. Он потребовал прекратить преследования православных христиан и сообщил собравшимся на Сейме, что граждане полоцкие и витебские не могут иметь в городе ни церкви, ни даже дома для богослужения, и поэтому вынуждены по воскресным и праздничным дням уходить в лес и там проводить божественные службы.

Рассказал Л. Древинский о вопиющем происшествии: «Наконец, вот дело высшей степени ужасное, невероятно варварское и свирепое: в прошедшем году, в том же самом белорусском городе Полоцке, вышеупомянутый полоцкий епископ — отступник Иосафат Кунцевич дал повеление выкопать из земли тела православных, недавно погребённных в церковной ограде, и выбросить из могил христианские останки на съедение псам» («Белоруссия и Литва». Мн., Изд. центр БГУ, 2004, с.201).

И видим мы, что даже усопших, погребённых по православному обычаю, не оставляли в покое!

В октябре 1623 года униатский епископ Иософат Кунцевич прибывает в Витебск и устраивает очередные гонения на белорусов. По его приказу нашли и разрушили все шалаши и землянки, в которых проводились богослужения. Задержали и избили священника, — это стало последней каплей терпения для жителей города Витебска.

12 ноября 1623 года горожане ударили в набат, началось восстание. Кунцевич был убит, и его тело было брошено в Двину. Папа Римский Урбан VIII призвал короля Сигизмунда покарать непокорных. Расправа над жителями Витебска была скорой и жестокой.

Руководил процессом литовский канцлер Лев Сапега. Более ста человек были приговорены к смертной казни, среди них были два витебских бургомистра и один полоцкий. Вот так папа Римский, польский король и литовский канцлер вершили суд над православными христианами Белой Руси!

И не тот ли Лев Сапега, именем которого белорусские свядомые назвали свой фонд, руководил судебным процессом?! Если тот, то должны они знать, что на нём кровь православных христиан! Должны были это знать и белорусские идеологи, когда устанавливали в Полоцке памятник палачу белорусского народа Льву Сапеге, когда называли его именем одну из улиц в Минске.

Казнь восставших витебчан проводилась через отсечение головы. С городской ратуши был сброшен колокол, в который били в набат, призывая жителей Витебска положить конец бесчинствам униатского епископа. Верхняя часть ратуши была разрушена, а в нижней части было устроено питейное заведение.

Да, православные христиане были готовы ценой своих жизней защищать свою Веру, но также решительно был настроен и польский король Сигизмунд III. Всем была известна его непреклонная решимость полностью искоренить Православную Веру в пределах Речи Посполитой, потому что народом в этом государстве считалась только католическая шляхта, а белорусы под эту категорию не подпадали. В чужих государствах жили наши предки! Поэтому взоры белорусов постоянно были обращены на Восток...

В 1624 году в Москву, к царю и Патриарху, была направлена делегация с просьбой принять Белую Русь в свое подданство. Но Москва после “Смутного времени” была не готова начинать с Польшей новую войну. Истощённой России это было не по силам.

Выход из создавшейся ситуации был один – это вооружённая борьба. Жители Могилева предупреждали гонителей Православной Веры: «Убьём вас и утопим в этой луже, хотя бы и нам, как было в Витебске, отрубили головы» («Белоруссия и Литва». Мн.: изд. Центр БГУ, 2004). Вот так решительно были настроены предки белорусов, и сейчас мы склоняем головы пред их подвигом! До освобождения белорусов от литовско-польского ига оставался 171 год...

... Теперь давайте задумаемся. Православные христиане в Великом княжестве Литовском вынуждены совершать богослужения в шалашах. Православные священники бегают на аркане за лошадьми, а потом их заставляют есть сено… Латинская и Униатская партии призывают «рубить схизматиков»... В 1696 году вводится полный запрет на русский язык...

Но сейчас «учёные» Института истории Национальной академии наук Беларуси утверждают, что для белорусов это, оказывается, было время... наибольшего расцвета?! Для чего они это делают? А принцип тут известный — любой ценой, даже путём откровенной лжи, загнать нас в Европу!

Да, «выучили» белорусы на свою голову учёных, а они теперь своему народу «евромайдан» пытаются устроить, хотя пока без горящих покрышек и коктейлей Молотова. У академической науки действительно имеется огромный потенциал. Только, к сожалению, используют его белорусские «учёные» не во благо своего народа, а во вред ему...

Шлыков Анатолий Тимофеевич, автор книги-летописи « Витебская Голгофа», специально для «Посольского приказа»

(Продолжение следует)

От редакции. В качестве комментария хотим предложить читателю статью российского историка Дмитрия Володихина о тех исторических вывертах, которые наблюдается сегодня в Белоруссии...

Куда качнётся Белая Русь?

О Белоруссии принято думать как о стране спокойной, стабильной. Разве там может случиться беда, похожая на украинскую? Разве там есть своя «западенщина»? Разве там не относятся к русским как к братьям? Разве за спиной у «батьки» не стоит радушный, трудолюбивый народ, самый нам близкий?

Белорусский шрам

Белоруссия не столь уж однородна в национальном и религиозном смысле. На девять с половиной млн жителей — почти один млн русских и триста тыс. поляков. Восточных белорусов трудно отличить от русских, а западные тяготеют к полякам и литовцам. Около одного млн католиков, порядка четырёх млн православных. Словом, народ отнюдь не монолитен, в нём соседствует несколько субэтносов.

И своя «западенщина» там имеется в пропольской, прокатолической Гродненской области, а также прилегающих к ней районах соседних областей. Есть и своего рода белорусский «Донбасс» — Полотчина, Витебщина, Могилёвская область.

Тело страны рассечено глубоким шрамом. Он давно существует, хотя и не бросается в глаза. В любой момент может расшириться, превратиться в трещину, а то и в пропасть, которая способна расколоть надвое внешне благополучную Белоруссию.

До поры до времени край жил в зыбком равновесии. Восток страны и запад имели разные культурные идеалы, разные коды национальной идентификации. Но по всем признакам с недавнего времени равновесие нарушено. Маятник пошёл в сторону, во многом не совпадающую с вектором движения России, русского народа, Православия.

На Востоке — «моско-татары» !

Заметная часть белорусского интеллектуалитета заражена идеями «более решительного отделения от восточных варваров», то есть от русских. Со страниц СМИ, из радиоэфира, в Сети льются высказывания в духе:

«Надо вспомнить о европейских традициях нашей страны! Мы всегда противостояли московским захватчикам!

Мы — соль Великого княжества Литовского, моста между Европой и Азией! А Москва — часть Орды, средоточие деспотизма, азиатчины! В крови у белорусов — вольность, незнакомая россиянам! Хватит нам быть изгоями в мировом сообществе, надо сделать исторический выбор в пользу свободы и Европы»…

Можно даже услышать такое в отношении России: «Её герои — не наши, её культура — не наша». Историческая правда такова: Отечественная война 1812 года и Первая мировая прокатились по землям Белоруссии, а её граждане участвовали в боевых действиях в составе Российской империи, и многие уроженцы Белой Руси прославились как истинные храбрецы, умелые воины. Ныне же потомкам георгиевских кавалеров говорят: «Это не наши войны! Россия вовлекла белорусов в совсем ненужные боевые действия!». А то и: «Ваши прадеды сражались не на той стороне…».

Шрам становится всё глубже…

«Хотите устроить музей в сморгонских местах, щедро политых кровью, когда здесь бились Россия и Германия? — переспрашивают у энтузиаста, готового собственными средствами, временем и знаниями вложиться в проект. — Не актуально. Это не наша война!».

Так было не всегда. При «раннем Лукашенко» альфой и омегой белорусской истории являлась Великая Отечественная война, о чём он неоднократно публично высказывался. На некотором отдалении от неё просматривались прекрасные черты древнерусских княжеств. Древние города, — центр могучего княжения Полоцк, осиянный фигурой великого святого книжника Кирилла Туровского, целая россыпь весьма развитых древних городских центров, чьи корни уходят в почву Святой Руси, — вот о чём ярко говорилось в учебниках.

Теперь в школьных и вузовских учебниках растут, как на дрожжах, главы, посвящённые Великому княжеству Литовскому. Территория нынешней Белоруссии входила в него с XIV по XVIII век. И чем дальше, тем больше белорусские историки поговаривают, какая же это была благодать!

Неважно, что веротерпимость в Великом княжестве Литовском — миф, неважно, что православные, вплоть до высокородных магнатов, были там поражены в политических правах; неважно, что в управление русскими землями то и дело агрессивно вмешивалась польская шляхта; неважно, что южные рубежи Великого княжества Литовского из рук вон плохо оборонялись от татарских набегов. Зато — Европа! Еврорусь…

И есть признаки, что государство — не «кухонные» группки оппозиционных интеллигентов, а именно правительственные структуры — всё больше отклоняется от прежнего курса в том же направлении.

Дело не в одних учебниках, политика «позднего Лукашенко» в культуре и образовании даёт реальные факты, подтверждающие подобный поворот. Например, «война памятников» — так назвали это явление сами белорусские публицисты. Она-то уж точно не случилась бы без участия чиновников. Ведь именно «люди с портфелями» решают, кому, где и когда ставится монумент.

Война памятников

Неподалёку от минской Ратуши в старину стоял памятник императору Александру II. Он, разумеется, не пережил советское время. Несколько раз поднимался вопрос о его восстановлении, но «сверху» приходил отказ. Зато теперь там стоит памятник минскому войту (главе магистрата).

В ногах у войта — план Минска XVI века, времён принадлежности города Литве. В двух шагах недавно появилась скульптурная композиция «Городские весы», посвящённая событию пятивековой давности — наделению Минска магдебургским правом. И войт, и три персонажа «Городских весов» одеты так, что, появись они в центре Варшавы, никто бы не уловил в них оттенков белорусской старины.

Летом 2014 года местные власти установили в Витебске памятник литовскому князю Ольгерду. Никто особенно не задумывался над тем, что Ольгерд за веру казнил в Вильно христиан: конную статую языческого мракобеса поставили прямо перед Воскресенским храмом.

Это надо понимать как предупреждение? Притом смысл его, видимо, двоякий: трепет ужаса должна почувствовать не только Русская Православная Церковь, но и российское правительство. Ольгерд несколько раз воевал с Московским княжеством и даже доходил до стен Москвы, где, правда, обломал себе зубы…

Похоже, духовные вдохновители акции готовы повести белорусов в авангарде «крестового похода» на Москву!

Жители Витебска заявляли протесты и в СМИ, писали и на имя Александра Лукашенко. Вот отрывок из их письма, опубликованного в 2013 году:

«Глубокоуважаемый Александр Григорьевич! Обращаемся к Вам как граждане Республики Беларусь, представители различных общественных организаций. Мы обеспокоены планами установки в городе Витебске памятника литовскому князю Ольгерду. Ольгерд не имеет отношения к белорусскому народу. Он агрессор и вероотступник, а также захватчик, беспрестанно воевавший со всеми соседями, разрушавший города и убивавший мирных жителей. Как жестокий злодей России памятен он в русской истории. Недобрый страшный след оставил Ольгерд и в истории христианства. Православная церковь чтит память (27 апреля) святых мучеников литовских, подвергнутых мучительной смерти по его приказу. В свете этих непреложных фактов закономерно возникает вопрос: какими мотивами руководствуются инициаторы установки памятника, какие цели преследуют? Подумал ли кто-нибудь о том, что установка памятника злодею Руси и мучителю христиан может быть оскорбительной для граждан Республики Беларусь — не только русских по национальности и не только православных по вероисповеданию?».

Итог: власти проигнорировали возмущение граждан, памятник был поставлен. Автор монумента Сергей Бондаренко сообщил журналистам, что у него есть наработки по образу первого великого князя Литовского Миндовга, скульптуру которого планируют установить в белорусском городе Новогрудке.

Что ни памятник, то дальше по пути «литвинизации» Белоруссии… В сторону от общей нашей истории и подвигов её героев.

Скажем, монумент Александру Суворову был отвергнут. Так же, как и памятник святой равноапостольной княгине Ольге — местные жители ещё много лет назад обращались к властям с просьбой установить его в Витебске…

Нетрудно понять, что белорусам стараются привить такой вариант культурной идентификации, который будет отрывать их от России, Русского мира в целом, а на перспективу — от православия. Зато приветствуется «литвинскость», т.е. чувство родства с державой, которая являлась «настоящей Европой», пусть и глухим её захолустьем.

Русская дрёма

А что же Россия? Как она реагирует на размывание русской культуры у ближайшего соседа? Чем отвечает на создание у многомиллионного народа Белоруссии новой культурной идентификации, в чём-то явно враждебной? Что за действия предпринимает, дабы отстоять в умах белорусов и русских, живущих там, духовный плацдарм нашего братства, дружества, нашей культурно-исторической близости?

А Россия-то дремлет! Изредка отправит в Минск каких-нибудь уважаемых музыкантов с концертной программой, поучаствует в книжной выставке, да и всё. Российские правительственные структуры как будто не замечают колоссальной каждодневной борьбы, идущей на поле информационного противостояния в державе Лукашенко, не спешат поддерживать друзей нашей страны, не дают отпора её недоброжелателям. Даже не создали по сию пору сколь-нибудь серьёзного медийного центра, который постоянно, день за днём, час за часом разъяснял бы политику России белорусам, давал бы комментарии по спорным вопросам, отстаивал близость наших культур, близость историческую и духовную.

Сейчас много говорят о проявлениях «мягкой силы». Иными словами, о завоевании умов, приобретении позитивного общественного мнения, культурной экспансии. Вот хорошо бы! Но…

Медведь наш могуч, да больно любит он спать в берлоге, посасывая лапу. И сон его могут прервать либо весна, либо охотники, обложившие берлогу со всех сторон.

Нынешняя позиция России касательно процессов, идущих на белорусской земле, напоминает образ действия одного из персонажей в комедии Эльдара Рязанова «Гараж». Пока члены гаражного кооператива спорили, ссорились, мирились, отстаивали свои права, он мирно дремал в углу. В итоге именно ему достались все неприятности.

Проспали же мы Украину, в том числе из-за прежней нашей вялости и пассивности ныне там льётся кровь. А почему? Да потому, что «партнёрам», которые на самом деле противники, удалось поменять ментальность множества людей, особенно молодых, без жизненного опыта и должных знаний.

Как бы не проспать и Белую Русь! Нужны нам новые потери, новый враг на том месте, где его в помине не было и быть не могло четверть века назад? И вот проснётся тогда наш медведь, услышав лай очередной своры злых псов у входа в берлогу, выйдет, зарычит, но один Бог ведает, справится ли с новой напастью.

Дмитрий Володихин, доктор исторических наук

Все права защищены © 2020 ПОСОЛЬСКИЙ ПРИКАЗ.
Яндекс.Метрика