Вы находитесь здесь: // Оборонные рубежи // Какие силы стоят за терактом в торговом центре в Найроби?

Какие силы стоят за терактом в торговом центре в Найроби?

iCANZ095A  В последнее время теракты вооруженных исламистов стали настолько частным явлением в современном мире, что зачастую упоминаются в СМИ лишь поверхностно. Однако кровавое событие в столице Кении Найроби стало исключением из печальной статистики и привлекло к себе повышенное внимание общественности.

Действительно, этот акт терроризма, унесший жизни десятка человек, по своей жестокости можно сравнить с событиями в Беслане. Но, в отличие от российской трагедии, теракт в Кении имеет гораздо более глубокую подоплёку, в которой задействованы интересы крупнейших международных сил. И сегодня, несмотря на завершение операции по ликвидации террористов, многие вопросы по-прежнему остаются без ответа. Например, чем объяснить неожиданное ужесточение тактики террористической группировки, перешедшей от похищения людей к захвату и уничтожению большой группы заложников, из которых судьба как минимум шестидесяти человек по-прежнему не известна?

Давайте попробуем разобраться в произошедшем...

Предупреждения услышаны не были

Прежде всего, следует ещё раз обратиться к известным о трагедии фактам. Итак, 21-го сентября в полдень неизвестные люди в масках напали на торговый центр «Nakumatt Westgate» в Найроби. В этот момент в здании торгового центра, открытого в 2007 году, находилось около тысячи человек. Террористы разрешили мусульманам покинуть здание, а по остальным открыли огонь. В результате нападения террористов, ликвидированного штурмом объединённых сил безопасности Кении, США и Израиля, 67 человек были убиты и более 200 получили ранения. В числе погибших были племянник президента страны Мбугуа Мванги и его невеста, а также известный поэт и дипломат из Ганы Кофи Авунор. Помимо кенийцев, среди безжалостно расстрелянных террористами людей оказались граждане Канады, Франции, Великобритании, Китая, Республики Корея.

Ответственность за нападение взяла на себя сомалийская исламистская группировка «Аш-Шабаб». Это движение возникло в 2004 году из осколков известной экстремистской организации «Союз исламских судов» (СИС) и со временем захватило контроль над южной и центральной частью Сомали, включая столицу Могадишо. 10 февраля 2012 года движение «Аш-Шабаб» объединилось с «Аль-Каидой», о чем объявил сам Айман аз-Завахири (второй после Усамы Бен Ладена человек в этой структуре).

В ходе контртеррористической операции по освобождению захваченного боевиками здания были уничтожены пятеро террористов. По данным официальных источников, среди атаковавших центр боевиков было трое выходца из США, двое из Сомали и по одному из Канады, Финляндии, Кении и Великобритании. При этом у 6-ти из 16-ти террористов было американское гражданство. Единственной известной подозреваемой в организации теракта является объявленная в международный розыск подданная Великобритании Саманта Льютуэйт — вдова Абдула Джамала — одного из террористов-самоубийц, взорвавших себя в Лондоне 7 июля 2005 года. 29-летняя Льютуэйт, известная как «Белая Вдова», уже восемь лет находится в бегах с четырьмя детьми...

Эксперты по международному террору также предполагают, что ответственность за организацию и подготовку теракта в торговом центре Найроби лежит на гражданине Пакистана Абу Мусе Момбасе. Он занял этот пост после ликвидации кенийца Салеха Али Салеха Набхана, а в группировке «Аш-Шабаб» возглавляет службу безопасности и отвечает за подготовку боевиков.

Напомним, что основным требованием террористической группировки «Аш-Шабаб» является вывод войск Кении из Сомали, второй год выполняющих там миротворческую миссию в рамках действий Африканского союза по наведению порядка в южных и центральных районах страны. Кенийских военных негласно поддерживают США со своей базы в Джибути, где находятся около 2 тысяч американских солдат.

Стоит отметить, что кенийские войска были введены в Сомали как раз с целью защиты жителей приграничных районов от «Аш-Шабаб» — эта группировка занималась мелким разбоем и похищением людей ради выкупа. Именно поэтому для кенийских властей и ряда международных экспертов по терроризму стало крайне неожиданным столь масштабное и хорошо организованное нападение группировки, промышляющей уголовщиной больше под националистическими, чем религиозными лозунгами. О том, что захват готовился заранее, говорит, например, принесённое заранее в центр тяжёлое вооружение...

Между тем, Кения уже много лет страдает от гражданской войны в Сомали. Помимо осевших в стране сотен тысяч беженцев, сомалийские исламисты дестабилизируют обстановку в Кении, пытаясь навязать кенийцам мусульманство, игнорируя тот факт, что примерно 80% жителей страны составляют христиане.

Сильно страдает от террористических группировок и национальная экономика. По мнению экспертов, после произошедшего теракта доходы Кении в туристической отрасли могут снизиться на 200-250 миллионов долларов. Такие оценки приводят эксперты рейтингового агентства Moodys и Всемирного совета по туризму и путешествиям (World travel and tourism council, WTTC). По их данным, нападение на центр снизит темпы роста ВВП Кении на 0,5 процентов. Дело в том, что на сегодняшний день доля туристической отрасли в ВВП страны составляет 14% (4,7 миллиарда долларов в 2011 году — WTTC), а доля населения, занятого в этой сфере — 12%. Таким образом, Кения занимает пятое место среди африканских стран по количеству иностранных туристов. Каждый год страну посещает около 1,8 миллиона человек. Однако после теракта эти показатели существенно снизятся.

От теракта в Найроби пострадали и экономические отношения Кении с Китаем. Именно эта страна в последнее время развивает кенийскую экономику. Общий объем инвестиций Пекина — 5 миллиардов долларов — идёт на инфраструктуру, строительство дорог, портов и вокзалов. В обмен кенийская сторона предоставляет своему азиатскому партнеру минеральные ресурсы и продукты нефтепереработки. Кроме того, Кения подписала договор о строительстве на севере нефтепровода из Южного Судана в порт Ламу на границе с Сомали. В этом проекте опять-таки сильно заинтересован Китай, готовый взять на себя все расходы вплоть до прокладки труб. Однако внезапное резкое усиление исламистов и возможное введение в Кению иностранного контингента заставило китайских инвесторов снизить свою активность в регионе.

Удивительно, но несмотря на нанесённый Кении огромный людской и материальный ущерб, правительство не предпринимало никаких действий по предотвращению терактов, хотя и было предупреждено о существующей опасности заранее. Так, о присутствии боевиков «Аш-Шабаб» в столице Кении спецслужбы сообщали властям ещё год назад. В частности, сотрудниками спецотделов предполагалось, что исламисты могут провести в городе несколько самоподрывов. За неделю кенийская разведка проинформировала власти и о готовящемся теракте в торговом центре, однако правительство отнеслось к докладам о конкретных угрозах на редкость пренебрежительно.

О подготовке нападения на центр правительство Кении предупреждали и израильские спецслужбы. По их информации, террористы готовили ряд акций с целью навредить экономическим интересам Израиля, граждане которого входят в число совладельцев торгового комплекса. Согласно контртеррористическому докладу — в частности, адресованному министрам обороны, внутренних дел, иностранных дел, министру финансов, а также начальнику кенийских сил обороны генералу Джулиусу Вавери Каранги — террористы планировали захват здания с применением огнестрельного оружия и вероятным захватом заложников (что, собственно, и произошло в торговом центре Найроби)...

Совпали интересы «Аль-Каиды» и США

Так какова же истинная подоплёка произошедшей трагедии?

Наибольшую поддержку специалистов получило мнение, что главным мотивом теракта в кенийской столице стало активное участие военного контингента этой страны в миротворческой операции в составе Миссии Африканского союза в Сомали. В частности, такую точку зрения высказал председатель комитета Совета Федерации по международным делам, спецпредставитель президента РФ по сотрудничеству со странами Африки Михаил Маргелов. В качестве аргументов, он обратил внимание на то, что Кения признает легитимность Переходного федерального правительства Сомали, призывает к наращиванию международной помощи этому правительству, готовит военнослужащих для сомалийской армии, а также участвует во всех антитеррористических конвенциях. Кроме того, правительство страны официально придерживается позиции, согласно которой сомалийский кризис угрожает стабильности всего восточноафриканского региона.

Действительно, экстремистская группировка из Сомали «Аль-Шабааб» сформировалась сразу после свержения местного диктатора Сиада Баре более 20 лет назад. Захватив значительную территорию Сомали, исламисты в 2006 года взяли под контроль столицу страны — Могадишо. После того, как 15 тысяч солдат Африканского союза (в основном, из Кении, Уганды, Эфиопии и Бурунди) выбили экстремистов из сомалийской столицы, группировка переместилась в южные области страны. С 2011 года «Аль-Шабааб» объявила себя восточноафриканским филиалом «Аль-Каиды» и начала проводить теракты в отместку за ввод иностранных войск на территорию Сомали.

Кроме того, рост ненависти исламистов к кенийскому руководству проистекает также от демократизации страны в последнее время. Так, недавние мирные выборы президента Ухуру Кенниаты продемонстрировали пример развития страны в направлении международных стандартов по правам человека, что само по себе просто неприемлемо для радикальных исламистов.

Таким образом, резкой активизации действий террористов в Кении могло послужить желание членов группировки взять реванш за поражение в боях за Могадишо, когда войска Африканского союза отстояли город, а также порт Кисмайо. Этот крупный город был главной цитаделью «Аш-Шабаб» и последним большим населённым пунктом, который она контролировала. После поражения группировки, её лидер Хасан Абдулла Херси ат-Турки поклялся дать кенийцам отпор. Исламисты тогда обещали мстить на земле Кении до тех пор, пока Найроби не выведет свои войска из Сомали.

В таком случае, вероятно, что в ближайшем будущем исламисты предпримут попытки укрепить свои позиции и в других сопредельных странах — в Йемене, имеющем стратегически важную как с военной, так и с экономической точки (прежде всего для транспортировки нефти) зрения акваторию, на землях Уганды и Бурунди, также отправлявших в Сомали значительные воинские контингенты в составе группировки войск Африканского союза. Данную вероятность подтверждает и появившееся недавно в «Аш-Шабаб» крыло (после его объединения с «Аль-Каидой»), цель которого перенести джихад за пределы Сомали.

Поэтому, за терактом в Найроби скорее всего действительно стоит «Аль-Каида», которая тем самым открыла новый уровень своей подрывной деятельности в ответ на успехи кенийской армии.

А ещё группировка фактически ознаменовала переход к открытой конфронтации с Израилем. Как известно, после 11 сентября 2001 года «Аль-Каида» укрепилась в Ираке, Йемене, Сирии, странах Магриба, Сахеля и Африканского рога, провела ряд терактов в Стамбуле, Лондоне и Мадриде, но ни разу не была замечена в антиизраильских акциях. Однако теракт в Найроби означает, что «Аль-Каида», прямо не афишируя свое участие, перешла к масштабным действиям против еврейского государства. Об этом косвенно свидетельствует и срочный выезд израильских советников в Кению сразу после теракта...

Однако у этой террористической акции есть и ещё одна сторона. В частности, теракт в Найроби неизбежно приведёт к усилению позиций США в регионе и наращиванию военных сил западной коалиции. Безусловно, увеличится и давление на исламистов в Африке. Также активизируют свои действия силы миротворческой миссии Африканского союза в Сомали, разумеется, при прямой поддержке Запада.

Примечательно, что неделю спустя после теракта спецназовцы атаковали базу боевиков «Аш-Шабааб» в Сомали. Операция была проведена в портовом городе Бараве в 180 км к югу от Могадишо, в ней участвовали два вертолета. Боевиков атаковали с моря. Спецслужбы какой именно страны поводили операцию — не уточняется, также неизвестно и число уничтоженных исламистов.

Стоит отметить, что серьёзную слежку за здешними радикальными группировками американцы установили ещё несколько лет назад, а в начале этого года в 35 африканских стран были посланы военные инструкторы с целью научить местные власти эффективным методам борьбы с экстремизмом. Тем ни менее, по мнению военного эксперта Дмитрия Литовкина, Америка не станет сразу вводить дополнительные войска в регион по причине неясности ситуации вокруг Сирии и проблем в Афганистане. «Однако поддержка деньгами, инструкторами оказана будет. Естественно, это повлечёт за собой и усиление влияния США в регионе», — полагает эксперт.

В любом случае экономика США только выиграет, поскольку помощь оружием и обучение борьбе с терроризмом означают закупку американского оружия!

... В заключении стоит также обратить внимание и на серьёзность угрозы нарастающей мощи исламского радикализма, веским поводом задуматься над которой стал теракт в Найроби. Писатель и политик Эдуард Лимонов, отсылая нас к проблеме экспансии американской «демократии», справедливо отмечает, что «невозможно, разрушив порядок в Ливии, в Ираке, разрушая его в Сирии, надеяться, что порядок не будет разрушен в Мали и в Кении, а потом и в Париже, и в Лондоне». «Ислам был вполне послушной и тихой религией последнюю сотню лет. Но будучи унижен, побеждён, низведён до степени религии бедных и бесправных, он в конце концов омолодился и стал по-звериному смел. Он сделался на наших глазах ультраисламом. Религией вооружённых бедняков, ненавидящих богатые и заносчивые страны», — пишет Эдуард Лимонов.

В свою очередь историк Станислав Хатунцев также отмечает, что Северо-восточная часть Африканского континента, в состав которой помимо Сомали и Кении входят Эфиопия, Джибути, Эритрея, Уганда, Северный и Южный Судан, «уже давно стала полем боя, на котором умеренные режимы пытаются сдержать натиск радикального исламизма». Действительно, этот регион примыкает к перенаселенному Йемену, многие провинции которого сегодня контролируют боевики. «Джихадизм Африканского Рога подпитывается джихадизмом Йемена и Аравийского полуострова в целом и наоборот — подобно сообщающимся сосудам», — полагает Станислав Хатунцев. По мнению аналитика, исламистские правительства, в той или иной степени связанные с международными структурами джихадистов, руководят Северным Суданом и Эритреей, которые оказывают помощь местным боевикам. Именно поэтому главная площадка борьбы с радикальным «исламом» сейчас именно Сомали. «Если там победят такие группировки, как «Аш-Шабаб», то регион станет мировым центром джихадизма № 2 после гнезда «Аль-Каиды» — пограничья Афганистана и Пакистана. Тогда Северо-Восточная Африка погрузится в бесконечные войны, сопровождаемые резнёй», — считает историк...

Таким образом, становится очевидно, что захват торгового центра в столице Кении – это спланированный заранее шаг, имеющий под собой глубокую подоплёку. С одной стороны, это стремление влиятельнейшей радикальной террористической группировки «Аль-Каида» выйти на новый уровень ведения подрывной деятельности и её твердое намерение заявить о своей готовности перевести под свой контроль всю Северо-Восточную Африку.

С другой стороны, усиление позиций экстремистов в регионе неминуемо повлечёт за собой укрепление военных формирований ВМС США и увеличит американское влияние в регионе.

Однако в более далекой перспективе всё это грозит обернуться для всего мира глобальной катастрофой, которая станет кульминацией противостояния между алчными американскими институтами власти и взращенными их руками молодыми радикальными исламистами. И теракт в Кении – это своего рода сигнал, ознаменовавший переход на завершающую стадию войны, изменить финал которой сегодня ещё есть возможность. Именно поэтому, сейчас как никогда важно задуматься над последствиями происходящего противостояния цивилизаций консервативного Запада и радикально настроенного исламистского Востока и изменить тактику ведения борьбы в регионе. Тогда прозвучавший в Найроби сигнал SOS не станет реквиемом шаткому мировому равновесию.

 

Юлия Чмеленко, специально для «Посольского приказа»

 

 

Все права защищены © 2020 ПОСОЛЬСКИЙ ПРИКАЗ.
Яндекс.Метрика