Вы находитесь здесь: // ГЕО в политике // Наступление США на постсоветском пространстве

Наступление США на постсоветском пространстве

Важнейшим направлением геополитической активности и экспансии США на Евразийском континенте уже давно стало постсоветское пространство. Вашингтон, захватив Ирак, в конце 2003 – 2005 гг. всю «тяжесть» своих экспансионистских усилий на Евразийском континенте перенес именно на постсоветское пространство, т. е. в районы Балто-Черноморского региона, Кавказа и Центральной Азии. Данный тактический «геополитический удар» Вашингтона был направлен на то, чтобы подобным образом добиться «нейтрализации» в рамках Евразии в первую очередь России и Китая.

Осенью 2003 г. американские спецслужбы сумели организовать государственный переворот в Грузии, используя при этом сценарий так называемой «бархатной революции». В ходе этих событий, названных «революция роз», от власти в стране был отстранен прежний президент Э. Шеварнадзе. Новым президентом Грузии стал полностью «подконтрольный» Вашингтону политик М. Саакашвили.

Продолжая свое «геополитическое наступление» на Кавказе, США к осени 2005 г. смогли также фактически окончательно включить в зону своего влияния в данном регионе Азербайджан, президентом которого после смерти Г. Алиева стал его сын И. Алиев.

Данное обстоятельство коренным образом изменило геополитическую расстановку сил на Кавказе, причем в крайне невыгодном прежде всего для интересов России в этом регионе соотношении. Поскольку Вашингтон вследствие успешных спецопераций, проведенных в указанный период американской дипломатией и разведкой, получил возможности упрочить свои позиции и влияние уже в двух кавказских государствах – Грузии и Азербайджане – из трех. У России же на Кавказе к концу 2008 г. осталось, таким образом, только одно государство-союзник, которое Кремль гипотетически может использовать в качестве относительно надежного геополитического и геоэкономического плацдарма в данном регионе. Это – Армения.

Все эти факты говорят о том, что правящие круги США в 2003 – 2008 гг. фактически «переиграли» РФ на Кавказе, нанеся своей политикой серьезный удар по российским экономическим и военно-политическим интересам, и существенно ослабив здесь геополитическое влияние Москвы в целом. При этом сами США столь значительно укрепили в данном районе Евразии свои позиции, что фактически превратились в итоге, как и Россия, в региональную «кавказскую» сверхдержаву.

Осенью 2004 г. в ходе президентских выборов на Украине американские спецслужбы, также применив сценарий «бархатной революции», совершили переворот и в данной стране. В результате этого «заговора», получившего название «оранжевая революция», новым украинским президентом был таким образом «избран» В. Ющенко, который, в свою очередь, политически опирался прежде всего на украинских националистов. Этот политический деятель и члены его «команды» также являлись прямыми «ставленниками» Вашингтона.

К этому времени в геополитическую сферу влияния США и ЕС в этом регионе прочно вошла также Молдавия.

Оценивая итоги этой политики США в Балто-Черноморском регионе, можно констатировать, что Вашингтон к началу 2005 г. также добился своего безусловного геополитического преобладания на всем постсоветском пространстве от Прибалтики до Кавказа. И у России на всем геополитическом пространстве от Балтийского до Черного морей, так же как и на Кавказе, осталось только одно государство-союзник – Белоруссия.

Весной 2005 г. Вашингтон активизировал свою экспансионистскую политику в Центральной Азии. Так, при участии американских правительственных структур в марте этого года произошла «бархатная революция» в Киргизии, известная как «тюльпановая революция», в ходе которой от власти был отстранен прежний президент страны А. Акаев.

Однако эти события в Киргизии, как можно заключить, фактически стали одним из последних безусловных геополитических успехов США в «постсоветской части» Евразийского континента.

В мае 2005 г. американские правящие круги, видимо воодушевленные этими безусловными успехами своей «бархатной дипломатии» в Киргизии, предприняли попытку стратегически изменить в свою пользу геополитический расклад сил в центрально-азиатском регионе в целом. При этом американские стратеги, как можно констатировать, для успешного выполнения данных геополитических замыслов ключевую роль отвели спецоперации, главной целью которой являлось геополитическое включение в сферу влияния США в Центральной Азии прежде всего Узбекистана – одного из наиболее развитых в экономическом и военном отношениях государств в этой части Евразии.

Как можно сделать вывод, разработанный руководством США план спецмероприятий по оказанию соответствующего геополитического «давления» на правящую элиту Узбекистан по своему содержанию был ориентирован на одновременное выполнение сразу двух вариантов программных установок – программу «максимум» и программу «минимум». План «максимум» предусматривал осуществление в стране в ходе данной операции «проамериканского» по своим политическим целям государственного переворота и ликвидацию правящего режима во главе с президентом И. Каримовым. Программа «минимум» предполагала оказание на руководство Узбекистана жесткого воздействия и создание, таким образом, внутри страны прежде всего таких политических условий, которые позволяли бы США при сохранении власти в руках у И. Каримова и его ближайшего окружения добиться вместе с тем трансформации внешнеполитического курса Ташкента. Причем таким образом, чтобы главным внешнеполитическим приоритетом Узбекистана стала необходимость формирования прочного и долгосрочного политического, военного и экономического «союза» с Вашингтоном. Затем следующим шагом должно было быть образование выгодного во всех отношениях, в случае такого расклада сил в регионе, главным образом для американских правящих кругов геополитического альянса Вашингтон – Ташкент, в рамках которого США естественно должны были занять ведущее положение.

В качестве основного «инструмента» для ведения такого рода «геополитической игры» против Узбекистана в данный период американское правительство и спецслужбы использовали международные исламистские террористические организации, активно действующие в регионе, а также связанное с ними фундаменталистское подполье, базирующееся на территории самого Узбекистана в основном в Ферганской долине. В мае 2005 г. эти силы, при содействии, как потом выяснилось, со стороны американских спецслужб, организовали в узбекском городе Андижане вооруженный мятеж. Однако эта подрывная операция Вашингтона в Узбекистане закончилась полным провалом. Части узбекской армии и силы правопорядка сумели достаточно быстро подавить это восстание и навести порядок в городе.

Эта неудача США в Узбекистане, как следует подчеркнуть, весьма негативно отразилось на геополитическом положении США в Центральной Азии вообще.

Так, после того, как правительству Узбекистана в процессе расследования стали известны факты относительно причастности США к событиям в Андижане, это привело к резкому ухудшению узбекско-американских отношений. И вскоре руководство страны во главе с президентом И. Каримовым приняло решение об ликвидации американской военной базы в Ханабаде, имевшей стратегическое значение для обеспечения военно-политических позиций США в регионе. Кроме того, правящие круги Узбекистана для того, чтобы более эффективно «бороться» с подрывной деятельностью фундаменталистских террористических организаций, а также с теми государствами, которые их поддерживают и используют для достижения своих внешнеполитических целей в регионе, в 2005 – 2006 гг. значительно активизировали свои прежде всего военно-политические связи с Россией и Китаем в рамках «Шанхайской организации сотрудничества» (ШОС). Данный шаг Ташкента также нанес серьезный удар по американским интересам в регионе.

Вместе с тем США так и не решились осуществить «бархатную революцию» в другом ведущем центрально-азиатском государстве – Казахстане, где в декабре 2005 г. состоялись президентские выборы. Хотя по сообщениям российских и зарубежных СМИ, к этому времени благодаря целенаправленным «усилиям» дипломатов из США и европейских государств, сотрудников американских разведывательных служб, а также активно работавших в Казахстане представителей ряда западных неправительственных организаций, в том числе и из Соединенных Штатов, в стране было создано достаточно политически активное объединение представителей так называемой «либеральной оппозиции», которое, как можно сделать вывод, в значительной степени контролировалось и финансировалось именно из Вашингтона. И лидеры казахской «демократической» оппозиции, судя по их акциям в период предвыборной компании, были вполне готовы в случае своего поражения на этих выборах под предлогом «защиты» демократии в стране осуществить фактически насильственный захват власти в Казахстане, т. е. осуществить опираясь на внешние силы государственный переворот по тому же сценарию, который до этого уже был удачно реализован в Югославии, Грузии, Украине и Киргизии. Однако несмотря на это радикальные западные НПО, являющиеся инструментом «цветных» сценариев, не получили, как указывают наблюдатели, отмашку из Вашингтона на раскачивание ситуации в Казахстане.

Принципиальное значение для такого решения, как можно констатировать, сыграли совместные военные учения, проведенные Россией и Китаем в августе 2005 г. на фоне указанных событий в Киргизии и Узбекистане, а также предстоящих президентских выборов в Казахстане. Характер этих российско-китайские маневров, которые получили официальное название «Мирная миссия – 2005», весьма убедительно кроме всего прочего продемонстрировал, что Москва и Пекин вряд ли больше допустят «проамериканских» переворотов в центрально-азиатских государствах, и в первую очередь в Казахстане, который одновременно граничит и с Россией и с Китаем.

Новым главой Казахстана был избран прежний президент страны Н. Назарбаев, который также был поддержан Москвой и Пекином.

Наряду с указанными геополитическими проблемами в центральноазиатском регионе США к началу 2006 г. столкнулись с еще одной. Вашингтон так и не смог в итоге в постреволюционный период удержать свой контроль над пришедшими к власти в результате «бархатной революции» объединениями киргизской правящей элиты и создать в этой стране «управляемый» политический режим. Одной из главных причин складывания подобной ситуации стало то, что у США в распоряжении оказалось не так много рычагов для решения этой задачи. И дело здесь заключалось прежде всего в том, что «новое» руководство Киргизии, как и правящие кланы в других странах Центральной Азии, в отличие, например, от элиты в бывшей Югославии, Грузии и Украины, мало зависили от внешнего финансирования и финансовых операций по линии подконтрольных Вашингтону международных финансовых организаций, а также по каналам основных международных финансовых рынков, где Соединенные Штаты тоже играют ведущую роль. Вследствие этого к лету 2006 г. Киргизия, несмотря на произошедшие политические перемены, фактически продолжала оставаться в сфере геополитического влияния России, а также Китая.

Таким образом, к 2008 г. Вашингтон так и не смог установить свой полный военный и политический контроль ни над одним государством Центральной Азии. Поэтому США, как можно констатировать, оказались не способны обеспечить свое стратегическое доминирование в данном регионе и геополитически «вытеснить» отсюда Россию и Китай. Однако несмотря на эти геополитические поражения, и фактически провал экспансии США в Центральной Азии в целом, тем не менее американское руководство сумело сохранить свои военные базы в Киргизии и Таджикистане, т. е. сохранить здесь военное присутствие.

Следующее крупное геополитическое фиаско на постсоветском пространстве правящие круги США потерпели в марте 2006 г. во время президентских выборов в Белоруссии. Как следует из материалов опубликованных СМИ в данный период, руководство США и их европейские союзники рассчитывали использовать эти события для организации в Белоруссии «бархатной революции» в целях ликвидации в стране политического режима во главе с президентом А.Г. Лукашенко. Однако этот заговор был вовремя раскрыт белорусскими спецслужбами, которые своими действиями сумели нейтрализовать непосредственных руководителей этого несостоявшегося государственного переворота, а также его «рядовых» участников. Победу в этой избирательной кампании одержал А.Г. Лукашенко.

Вместе с тем к концу 2008 г. в Украине также сложилась, как можно сделать вывод, в целом неблагоприятная для геополитических позиций США социально-экономическая и политическая обстановка. Как можно констатировать, «проамериканскому» режиму во главе с президентом В. Ющенко так и не удалось упрочить свое политическое положение в стране в целом, т. е. этот режим и связанные с ним элитные объединения оказались просто неспособными прежде всего установить полный контроль над деятельностью других, главным образом так называемых «оппозиционных» группировок правящего слоя Украины, обеспечить при этом свое безусловное политическое и финансово-экономическое преобладание над данными силами, а также добиться социально-политической поддержки со стороны значительной части населения и наладить там нормальную жизнь. И таким образом, «новое» руководство Украины в итоге не смогло «стабилизировать» внутриполитическую ситуацию в стране, а также трансформировать внешнеполитический курс Киева в полном соответствии с геополитическими интересами Вашингтона.

Свою последнюю крупномасштабную геополитическую операцию на постсоветском пространстве американское руководство во главе с президентом Д. Бушем-младшим провело в августе 2008 г. на Кавказе.

8 августа 2008 г. 23 ч. 30 мин. по московскому времени грузинская армия вторглась на территорию Южной Осетии. Целью этой военной операции являлось оккупация этой непризнанной республики. Свой главный удар силы вторжения нанесли по столице Южной Осетии городу Цхинвал. В ходе боев за этот город нападению со стороны подразделений грузинской армии подвергся миротворческий батальон российской армии, дислоцировавшийся в районе юго-осетинской столицы. Грузинское руководство также планировало осуществить затем захват своими войсками и другого непризнанного государства – Абхазии.

Однако реализовать эти военные замыслы Тбилиси не удалось. Пришедшие на помощь российским миротворцам и осетинским ополченцам части российской 58-й армии сумели уже к 12 августа полностью разбить грузинскую армию. В боевых операциях приняли также участие корабли Черноморского флота, которые действовали в районе черноморского побережья Абхазии и Грузии. Одновременно в соответствии с ранее заключенным между Цхинвалом и Сухуми договором о военной помощи, военные операции против грузинской армии развернули также вооруженные формирования Абхазии. Основные боевые действия абхазские войска развернули в Кодорском ущелье – районе Абхазии, который до сих пор контролировался Тбилиси. В ходе скоротечных боев абхазские подразделения вытеснили отсюда войска Грузии и освободили эту абхазскую территорию. В операциях в Абхазии принимали также участие и подразделения российской армии.

Основным политическим итогом этой скоротечной российско-грузинской войны стало официальное признание Россией Южной Осетии и Абхазии как суверенных государств.

Однако администрация Д. Буша-младшего к концу 2008 г., несмотря на полный разгром грузинской армии в войне с Россией и, следовательно, не совсем благоприятный для американских интересов на Кавказе исход российско-грузинского вооруженного конфликта, тем не менее сумела обеспечить сохранение власти в Грузии в руках проамериканского политического режима во главе с президентом М. Саакашвили, что, в свою очередь, позволило Соединенным Штатам значительно укрепить свои геополитические и геоэкономические позиции в Закавказье в целом.

Оценка всех этих фактов позволяет утверждать, что к концу 2008 г. «геополитическое наступление» США на постсоветском пространстве от Прибалтики до Центральной Азии, также как в регионе Ближнего и Среднего Востока, фактически полностью провалилось. Администрации Д. Буша-младшего, как можно заключить, так и не удалось в итоге полностью реализовать тактические планы своего геополитического проекта, ориентированные на установление тотального американского контроля над Балто-Черноморским регионом, Кавказом и Центральной Азией. Это «сбой» в процессе воплощения в жизнь американских геополитических замыслов в данной части Евразийского континента произошел в основном из-за явного, а также срытого противодействия региональным планам Вашингтона главным образом со стороны России и Китая, а также правящих кругов Белоруссии, Узбекистана и Казахстана. В результате этого геополитического поражения американское руководство, как следует отметить, несмотря на определенные успехи в целом оказалось не в состоянии завершить создание так называемого «санитарного кордона», состоящего из сплошной сети подконтрольных Вашингтону постсоветских государств – лимитрофов, который должен был вплотную примыкать к западным и южным границам России по линии Прибалтика – Балто-Черноморский регион – Кавказ – Центральная Азия и выходить к северо-западным приграничным рубежам Китая в центрально-азиатском регионе. Одно из главных предназначений данного плацдарма для США – это обеспечение геополитического сдерживания в Евразии прежде всего России и Китая. И как можно констатировать, провал этих американских тактико-геополитических программ существенно сузил возможности правящих кругов Соединенных Штатов по созданию в рамках данного континента условий, необходимых им для осуществления полной и эффективной нейтрализации указанных ведущих евразийских государств как самостоятельных «центров силы» и, следовательно, как главных геополитических противников США на Евразийском континенте.

Обобщающий анализ и оценка характера всего комплекса действий администрации Д. Буша-младшего, осуществленных ими в процессе реализации комплекса внешнеполитических планов тактического уровня своего евразийского геополитического проекта в 2001 – 2008 гг., позволяет сделать принципиальный вывод о том, что Вашингтон к концу 2008 г. несмотря на значительные дипломатические, политические, экономические и военные усилия, сконцентрированные на данном тактическом направлении в Европе, на Ближнем и Среднем Востоке и постсоветском пространстве, оказался не в состоянии в полном объеме воплотить эти замыслы в жизнь. Как можно констатировать, на Евразийском континенте Соединенные Штаты в итоге не смогли установить свой полный геополитический контроль над постсоветским пространством от Прибалтики до Центральной Азии, а также над ключевыми районами Ближнего и Среднего Востока. Вместе с тем Вашингтону удалось в итоге обеспечить свое безусловное политическое доминирование над странами Центрально-Восточной и Юго-Восточной Европой, а также прибалтийскими государствами.

Этот фактически провал захватнических планов США в Евразии в 2000 – 2008 гг. на тактическом уровне привел в итоге к тому, что Белый Дом оказался геополитически просто не готовым к тому, чтобы обеспечить реализацию уже оперативной программы своего стратегического внешнеполитического проекта в полном объеме. Так как созданные США на евразийском пространстве к концу 2008 г. геополитические условия позволяли им, как можно заключить, обеспечивать «гарантированное» сдерживание только одного из своих главных геополитического противников на континенте – ЕС. Что касается других евразийских «врагов» Америки – России, Китая, Ирана, а также Индии, то Вашингтон к этому времени из-за неудач своей экспансионистской политики в указанных регионах Евразии практически не располагал необходимым «геополитическим плацдармом» и, следовательно, имел явно недостаточные соответствующие геополитические возможности, для того, чтобы в нужный момент организовать, опираясь на данный пространственный фактор, так называемое «стратегическое воздействие» на данные государства в целях их полного уничтожения как самостоятельных «центров силы». Следовательно, для администрации Д. Буша-младшего к концу 2008 г. стала практически невыполнимой одна из главных оперативных задач современного геополитического проекта Соединенных Штатов – безусловная нейтрализация всех без исключения ведущих евразийских держав.

Таким образом, к концу 2008 г. процессы практической реализации правящими кругами США во главе с президентом Д. Бушем-младшим своей стратегической внешнеполитической программы в целом зашли в самый настоящий тупик. И Белый Дом, как можно сделать вывод, оказался фактически уже не способным воплотить в жизнь тактические и оперативные замыслы данного геополитического проекта в том виде, в котором было сформулировано содержание этих внешнеполитических приоритетов американскими аналитиками и руководителями страны в конце 1990-х – начале 2000-х гг. при разработке общей концепции этого стратегического плана действий США на международной арене. И американское руководство в указанный период несмотря на имеющуюся в его распоряжении колоссальную военную и экономическую мощь фактически оказалось не в состоянии осуществить подобный экспансионистский геополитический проект в полном объеме. Другими словами, объема государственного потенциала Соединенных Штатов оказалось явно недостаточным для того, чтобы Вашингтон в данный период смог бы «успешно» установить свое прямое безраздельное военно-политическое господство над тактически важным для американских геополитических интересов на Евразийском континенте так называемым «центрально-евразийским региональным пятиугольником» – Центрально-Восточная Европа и Балканы – Кавказ – Центральная Азия – Ближний Восток – Средний Восток, а также геополитически «сокрушить» одновременно все без исключения наиболее развитые континентальные державы Евразии – ЕС, РФ, КНР, Индию и Иран. В свою очередь, геополитические поражения такого масштаба, которые Вашингтон понес на оперативно-тактическом уровне в процессе реализации своей внешнеполитической программы к концу 2008 г., в данный период сделали для правительства Д. Буша-младшего практически нереальным достижение стратегической цели своего геополитического проекта – установление мирового господства США путем обеспечения прежде всего тотального американского контроля над всем пространством Евразийского континента.

Иван Шмаков, специально для «Посольского приказа»

Все права защищены © 2020 ПОСОЛЬСКИЙ ПРИКАЗ.
Яндекс.Метрика