Вы находитесь здесь: // Оборонные рубежи // Кому нужна история в эпоху ВТО?

Кому нужна история в эпоху ВТО?

i   Российское научное сообщество (как минимум в лице его лидеров и руководителей) всеми силами стремится к признанию отечественных достижений в мировом масштабе. И отнюдь не из-за тщеславия. Причина этого понятна – высокая конкуренция, экономический кризис, необходимость практической реализации теоретических знаний. Желательно в денежном выражении. Университеты стремятся войти в мировые рейтинги, конкурируют в получении грантов, предлагают услуги по «трансферту знаний», пытаются реализовать Болонские соглашения в плане конвертируемости дипломов. Можно полемизировать, но аналогии с продажей «всего и вся» ради сиюминутной выгоды у непредвзятого наблюдателя напрашиваются.

В эпоху нано- бума (Сколково, инновация, модернизация) в Российском научно-образовательном пространстве всё меньше места остается такому плохо «конвертируемому» научному знанию как история. В школах и ВУЗах сокращаются часы на её преподавание, реструктуризируются факультеты, где она изучается, и где готовятся школьные учителя этого предмета. Да что там, сама Академия наук будет вот-вот избавлена от «исторического» бремени!

Небезразличный человек не может не задать вопрос: «А может быть так и надо? Что нам даёт история в плане экономической выгоды? В плане вступления в ВТО?». Да и как сегодня преподавать историю, когда нет ни единого учебника, ни единой концепции его создания? Более того, «благодаря» глобальным информационным процессам кардинально изменилась социальная роль историка – учёного и педагога.

Массовая доступность мобильных поисковых систем сводит «на нет» преподавательскую «монополию» на информацию и возможность контролировать её использование. Легкость «подключения» к мировому информационному пространству обеспечивает «самостоятельную» «независимость» обучающегося субъекта от участия преподавателя-учителя. Цель приобретения знания всё больше связывается с некими утилитарными ценностями, зачастую сиюминутными и сомнительными. В этих условиях герменевтическая, объясняющая функция преподавателя всё менее затребована и, если идти за логикой философа А.А. Зиновьева, изложенной им в работе «Фактор понимания», человечество ждет эпоха «воинствующей глупости», как ни грустно это признавать.

А ведь не так давно история признавалась, по сути, государственнообразующим (!) предметом! Провальный и трагический для исторической науки период после октябрьской революции, когда историю царской России «отменили» как классово чуждую, а исторические факультеты ВУЗов стали (ну прямо как сейчас!) объединять в ФОНы – факультеты общественных наук, привёл к массовому забвению родной истории. Обследование школ Московской области в 1936—1937 учебном году показало что «исторические знания учащихся массовых школ Московской области всё ещё неудовлетворительны. Ученики недостаточно понимают исторический процесс, у них плохо развиты исторические представления и исторический подход к событиям». Среди основных причин такого положения была названа «недостаточная теоретическая и, главным образом, политическая подготовка основной массы преподавателей».

Только к середине 1930-х гг. советская власть осознала жизненную необходимость перелома в области исторической науки и исторического образования. Постановление СНК СССР и ЦК ВКП (б) «О преподавании гражданской истории в школе» от 15 мая 1934 г., «реабилитировало» русскую историю и делало её главным орудием патриотического воспитания. В марте 1936 г. СНК СССР и ЦК ВКП (б) объявили конкурс на создание учебника по истории СССР с древнейших времен. В постановлении об организации конкурса, помимо прочего утверждалось, что «изложение учебника должно быть ярким, интересным, художественным и вполне доступным для учащихся…». Воспитательная концепция второй половины 1930-х годов органически отражала оборонительно-патриотические тенденции в идеологии советского государства. Тактический отказ от курса на мировую революцию не снимал, а напротив, ещё более актуализировал вопросы мобилизационной готовности граждан страны в любой момент встать на защиту своей Родины. Преподавание истории в средней школе становилось в контексте решения этих задач одним из самых действенных методов. Связь мировоззрения, патриотизма и военизации школы прямо подчёркивалась всеми методистами.

Преподавание истории в качестве основного ценностного компонента включало любовь к Родине и готовность защищать её с оружием в руках, что полностью соответствовало исторической ситуации – необходимости выживать в окружении далеко не дружественных соседей. И не только соседей.

Одним из организационных стимулов развития советского общества было достижение мобилизационной готовности противодействия внешнему врагу. Здесь была не только идеология, но и холодный прагматический расчёт. События 1941—1945 гг. показали как правоту, так и недостатки такого подхода к воспитанию молодёжи. В первую очередь обращает на себя внимание мобилизационный, военизированный характер, который, говоря словами Сталина, приобретали уроки истории:

«Надо помнить, что мы воспитываем не пацифистов, мечтающих о мирной ликвидации войны: советский ученик должен понять, что война является неизбежным порождением классового общества. Наша социалистическая родина живет в капиталистическом окружении. Фашистские правительства открыто говорят о нападении на Советский Союз. Поэтому нужно воспитывать у советских учеников готовность отразить фашистских агрессоров, вызвать сознание необходимости быть готовы к отпору, т.е. усиливать мощь и техническое оснащение Красной Армии, которая в случае нападения на нашу родину должна бить врага на его территории».

В результате реформы и возвращения гражданской истории в школьную программу не в «урезанном», как ранее, виде традиционные ценности в сознании школьника были скорректированы, дополнены и усилены. С 1934 г. в университетах и институтах крупных городов открываются исторические факультеты. В 1934 г. – в Москве и Ленинграде, в том же году открыт истфак в Курском пединституте, в 1938 г. – в Омском пединституте, в 1940 г. основан истфак Томского университета. Всех перечислить трудно, хотя если задаться целью, то можно. Даже в тяжелейшие годы войны государство находило возможности для открытия исторических факультетов!

Героизм и самоотверженность, которую показывали на протяжении всей войны представители молодого поколения советских людей, вполне можно назвать историческим феноменом. Уже упоминавшийся А.А. Зиновьев, родившийся в 1922 г., участник Великой Отечественной войны вспоминал:

«Вся история человечества во всех её аспектах преподавалась нам как борьба лучших представителей рода человеческого против неравенства, эксплуатации, несправедливости, мракобесия и прочих язв классового общества, как борьба их за претворение в жизнь самых светлых благородных идеалов».

Результатом, по его мнению, было то, «что система идейного воспитания, сложившаяся в стране после революции и достигшая расцвета в тридцатые годы блестяще выполнила ту историческую задачу, какая на неё и возлагалась объективно. Благодаря этой системе достаточно большое число людей было сделано такими, как требовалось обстоятельствами, и массы людей были приведены в такое состояние, какое требовалось этими обстоятельствами… И что бы ни говорили о поведении миллионов людей в период войны, якобы свидетельствовавшем о крахе советской системы и идеологии, на самом деле именно война была самой показательной проверкой эффективности мощнейшей системы идейного воспитания тех лет».

Вот и получается, что знание истории, основанное на научном изучении, не только формирует мировоззрение, воспитывает патриотические чувства, но и является стратегическим фактором развития общества и государства. Именно знание истории позволяет сделать выводы о действительной роли России в мировой экономической системе, а также о том в какой «роли» её видят на Западе.

Любому честному историку ясно, что Россию никогда не воспринимали на Западе в качестве равноправного субъекта экономических отношений, а только лишь как объект извлечения экономической выгоды. Население России в «лучшем» случае воспринимается как антропогенная нагрузка. Только честному историку понятна вся реальность, весь цинизм, и вся опасность точки зрения, которую известный публицист А. Паршев приписывает М. Тэтчер. Согласно данной очки зрения, к 2050 году на территории России будет проживать только 15 миллионов человек, «экономически целесообразные для Запада». Только честный историк и гражданин мог бы исправить положение, без лишнего пафоса – спасти Россию. Поэтому гражданин России, хорошо знающий свою историю не нужен Западу, поскольку не вписывается в концепцию формирования «цивилизованного потребителя», озвученную не так давно министром нашего образования (не отсюда ли берёт начало история с ЕГЭ?). Более того такой гражданин – стратегический противник Запада, «открывающий глаза» на современность тем, кто по своему незнанию и невежеству не видит угрозы.

А угроза есть. Она – не только в перспективе утраты национально-государственной идентичности, но и в формировании психологии преклонения перед Западом до уровня готовности отказа от государственного суверенитета. Какая уж тут «любовь к родному пепелищу»! А пока до потери суверенитета (по крайней мере, «де-юре») хочется надеяться ещё далеко, всё более актуальной становится проблема экономической (кадровой, технологической, товарной) экспансии.

Кто же сегодня из исторических невежд знает, что советская экономика и инженерная мысль ещё не так давно могла успешно конкурировать с сегодняшними западными «партнёрами»?! Что советское авиастроение, и даже (!) автопром, не говоря уже о космосе, имели определённые преимущества в плане рациональности и эффективности эксплуатации и производства? Что социальная сфера была, да ещё финансировалась государством?! Что… да мало ли еще чего, о чём сегодня, либо забыли, либо отзываются с нескрываемой неприязнью. И это всё – история. Только человек, знающий историю, неизбежно начнёт сравнивать цели «сближения» экономик России и Запада, рассматривать их в историческом ракурсе, а значит внутренне неизбежно препятствовать «историческому» вхождению России в ВТО. Историк с бессильной грустью слышит сегодня слова государственных чиновников об уже проявившихся «непредвиденных» негативных последствиях этого шага. Историк-то их предвидел, но кто ж его услышал, тем более с высоты государственных кабинетов?!

Кстати, а что же сам историк может предложить в качестве «продукта» для всемирного рынка, кроме уже набивших оскомину (или не пользующихся спросом по причине избыточности) тезисов о тоталитарном характере советского государства, о «героической борьбе с несвободой» в СССР и т.д.? Что ещё из нашей истории интересно на Западе? За что ещё Запад может заплатить российскому историку? Каким еще грантом одарить? Какую книгу издать? Вряд ли можно назвать что-то конкретное. Запад вполне удовлетворен историей «пьяного медведя, ходящего по улицам российских городов»...

Вывод – история (и в первую очередь история Отечества) не может быть товаром, её нельзя продать, как нельзя продать Родину. Вхождение России в ВТО отлично способствует обогащению тех, кто рассчитывает на продажу ресурсов, имеющих спрос за пределами страны: нефть, газ… История России никогда не будет иметь подобного спроса. Надо понять, что, выражаясь рыночным языком это «продукт для внутреннего использования». История — информационный ресурс, формирующий гражданский облик россиянина, главный гуманистический компонент его цивилизационного своеобразия. Ведь вполне может оказаться, что в эпоху техногенного глобализма именно традиция станет фактором определяющим дальнейшее развитие, а такие качества как Человечность, Патриотизм, Любовь, пока, не научились хранить и развивать в независимых от самого человека «ёмкостях». Их хранит только История.

…Осенью 1942 г., когда советская пропаганда стала активно использовать образы исторических деятелей Александра Невского, Дмитрия Донского, Петра Первого, А.В. Суворова и др., нацистские оккупационные власти приняли решение о запрещении уроков истории на захваченных территориях с мотивировкой «для этого предмета в настоящее время не существуют материальные и духовные предпосылки». Однако патриотизм советских школьников, воспитанный на уроках истории, оказался сильнее нацистского нового мирового порядка.

Так неужели сегодня законы рынка окажутся сильнее патриотизма?!

Владимир Сомов, специально для «Посольского приказа»

 

Все права защищены © 2020 ПОСОЛЬСКИЙ ПРИКАЗ.
Яндекс.Метрика