Вы находитесь здесь: // Оборонные рубежи // Евгений Примаков — «Примус» вместо сердца Данко

Евгений Примаков — «Примус» вместо сердца Данко

iИтак, о недавно скончавшемся Евгении Примакове сказаны, пожалуй, уже все хвалебные прощальные слова, и хор славословий был на удивление единодушным. О бывшем кандидате в члены горбачёвского Политбюро и бывшем ельцинском премьере говорили с теплотой и уважением «сверху», «снизу», «справа», «слева»… Что ж, позвольте уж теперь и мне сказать о Евгении Примакове своё слово.

Примаков относился к тому слою и тому кругу наших сограждан, на которых, как выжженное тавро, как несмываемая Каинова печать стоит: «предатель Советской Родины» и «убийца Советского Союза». Ему был отведен судьбой долгий век, он скончался на 86-м году жизни, занимал много высоких постов, однако ключевыми словами к его жизни стали именно те шесть слов, которые были приведены выше.

Конечно, не о нём одном это можно сказать… Не прощаемым, смертным, грехом предательства и ренегатства замарана почти вся советская партийно-государственная, научно-техническая и культурная элита конца 80-х годов, все эти маршалы, генералы и адмиралы, министры, секретари ЦК, крайкомов и обкомов, академики, «народные» артисты, художники, скульпторы СССР и т.д. и т.п.

Однако Примаков входил в то ближайшее окружение иуд № 1 и № 2 (Горбачёва и Ельцина), которому, как и самим этим иудам, уже с 1991 года лично самим Сатаной были зарезервированы самые раскалённые сковородки в аду. Кто-то лижет их давно – как Ельцин, Шеварднадзе, «Александр Н.» Яковлев, Егор Гайдар… Кому-то их лизать лишь предстоит – как Горбачёву, Кучме, Чубайсу... Что же до Примакова, то он свою сковородку, наконец, получил, ибо не смог, и даже не пытался искупить свои смертные грехи перед Родиной, перед той Россией, на земле которой стоит матерь городов русских, стольный град Киев...

Тот, между прочим, Киев, в котором родился в 1929 году и сам Примаков, и в который он, будучи ельцинским министром иностранных дел, направлял ноты как в столицу иностранного государства. Одно это делает Примакова Иваном, не помнящим родства, Исавом, продавшим за чечевичную похлёбку право первородства…

Великий сын русского народа, украинец Тарас Бульба, воспетый великим русским писателем украинцем Николаем Гоголем, говорил своим боевым товарищам: «Что такое есть наше товарищество… Вы слышали от отцов и дедов, в какой чести была у всех земля наша! ... Всё взяли бусурманы, всё пропало; только остались мы, сирые, да, как вдовица после крепкого мужа, сирая, так же как и мы, земля наша! Вот в какое время подали мы, товарищи, руку на братство; вот на чём стоит наше товарищество!..».

Примаков – горбачёвец и ельцинец, в тяжкое для его Родины время вместо того, чтобы подать руку на братство тем, кто остался верен Советскому Союзу, предпочёл стать одним из его убийц. Это о таких, как он, говорил поседевший на службе Родине Тарас:

«Знаю, подлó завелось теперь в земле нашей: думают только, чтобы при них были хлебные стоги, скирды и конные табуны их, да были бы целы в погребах запечатанные мёды их; перенимают чёрт знает какие бусурманские обычаи; гнушаются языком своим; свой с своим не хочет говорить; свой своего продаёт, как продают бездушную тварь на торговом рынке. Милость чужого короля, да и не короля, а паскудная милость магната, который жёлтым чоботом своим бьёт их в морду, дороже для них всякого братства…».

У любого преступника (и у предателя – тоже) есть лишь два выхода: или и дальше коснеть в преступлении, или раскаяться. Имея в виду именно это, Тарас Бульба, напоминал в свой речи:

«…но у последнего подлюки, каков он ни есть, хоть весь извалялся он в саже и поклонничестве, есть и у того, братцы, крупица русского чувства; и проснётся он когда-нибудь, и схватит себя за голову, проклявши громко подлую жизнь свою, готовый муками искупить позорное дело».

У Евгения Примакова, похоже, не осталось даже крупицы русского чувства, ибо он ни в 90-е годы ХХ века, ни в 2000-е, ни в 10-е годы XXI века не проснулся, не раскаялся, не схватил себя за голову, проклиная громко и публично подлую жизнь свою…

Вместо того, чтобы не муками, а всего лишь честной гражданской позицией много нагрешившего, но спохватившегося блудного сына Советской России, начать искупать свои позорные антисоветские дела, Примаков до последних дней грешил и служил тому бандитскому капитализму, у колыбели которого он, как и другие его подельники-ельциноиды, стоял...

Его советская биография была на редкость счастливой и успешной. И поскольку за ним, вроде бы, не видна ничья «мохнатая лапа», его продвижение вверх по социальной лестнице было, как я понимаю, вполне заслуженным – ум у Примакова был. Востоковед, с 1959 года – член КПСС, с 1962 по 1970 год – обозреватель и корреспондент «Правды» и один из заместителей главного редактора «Правды», с 1970 года – заместитель директора академического Института мировой экономики и международных отношений (ИМЭМО), а с 1977 года – директор ИМЭМО, академик… Не происходя из элитарных кругов – как, например, его младший подельник по ИМЭМО Алексей Арбатов — Примаков вошёл в высшую советскую элиту, а с началом горбачёвской катастройки и ещё больше пошёл «в гору», став с 1986 года членом ЦК КПСС, с 1989 года – председателем Совета Союза Верховного Совета СССР и кандидатом в члены Политбюро, членом Президентского совета…

Казалось бы – кость от кости и плоть от плоти Советской власти… Казалось бы – в годы катастройки, когда умному человеку всё должно было стать понятно уже во второй половине 80-х годов, он должен был всеми силами бороться против развала КПСС, развала СССР. Примеров такой позиции в истории тех лет набирается маловато, но они есть.

Например, член ЦК КПСС, главный редактор журнала «Коммунист» Ричард Иванович Косолапов… Он прямо высказал своё несогласие с курсом Горбачёва и был выброшен тем из руководящего кресла, а оно в иерархии СССР ценилось повыше кресла директора ИМЭМО. При этом интеллектуальный уровень Косолапова был высок настолько, что его, опального, тем не менее, приютили тогда в МГУ на должности декана философского факультета.

Профессор Косолапов, генерал-полковник Макашов, энергетик Тихонов и ряд других, пусть и немногочисленных, крупных фигур в советской элите всю свою жизнь служили только Советскому Союзу, не изменили ему, и в ельцинской элите им места не нашлось – при всех их несомненных талантах. А вот Примаков в среде ельцинских убийц Советского Союза пришёлся ко двору, горбачёвско-ельцинский антисоветский и антикоммунистический (то есть – также и анти-российский) путч августа—сентября 1991 года сделал его первым заместителем председателя КГБ СССР и начальником Первого главного управления. Генерал Леонов в эти дни ушёл с поста зампреда КГБ, ибо не желал сотрудничать с режимом разрушителей, а Примаков в КГБ пришёл, и вместо борьбы за КГБ как эффективную государственную структуру, засвидетельствовал смерть КГБ.

Как писал недавно один из его почитателей, пик политической карьеры Примакова пришёлся на 1998—1999 годы, когда Ельцин сделал его Председателем Правительства РФ. Однако непонятно – какую карьеру сей почитатель, считающий себя «государственником», имел в виду? Ведь политическая карьера Примакова-ельциноида находилась в прямой противофазе с его карьерой советского периода. В качестве подельника Ельцина Примаков после 1991 года уничтожал то, что до 1991 года поддерживал – хотя бы формально.

Примакову ставят в заслугу то, что он-де, возглавив Правительство РФ, взял в первые замы бывшего руководителя Госплана СССР, члена фракции КПРФ Маслюкова… Что он учредил Агентство по страхованию вкладов, и это якобы и сегодня спасает от разорения миллионы вкладчиков… Что он въедливо вникал в проблемы регионов и даже (три «ха!») избавил таможенную службу от фантастической коррупции и воровства…

Однако разве надо было быть «политиком мирового масштаба», дабы понять, что России необходимы были не те или иные фигуры – более или менее дееспособные — а смена политического строя? Что необходим слом тенденций капитализации экономики и отмена результатов воровской приватизации?

Вряд ли, учреждая пресловутое Агентство по страхованию вкладов, Примаков думал о защите и спасении обманутых вкладчиков. Уверен, что он – уж не знаю, агент ли влияния внешнего капитала, или просто ловко устроившийся ренегат – спасал этим нарождающийся россиянский бандитский капитализм. Этот капитализм в конце 90-х годов уже достаточно проявил своё мурло, и многие в стране были готовы теми или иными решительными действиями вернуть в Россию Советскую власть и социализм, а затем вернуть Россию в новый Советский Союз.

Если бы Примаков был действительно крупной самобытной личностью выдающегося исторического калибра, то он стал бы знаменем и лидером этого процесса… Не возврата назад, а движения вперёд, к новой Советской стране, наученной на собственном горьком опыте, что власть и производительные силы в стране должны принадлежать народу не только по конституции, но и в силу реальной ответственности всех уровней и видов власти перед народом за счёт введения эффективных обратных связей между Властью, избираемой Народом, и Народом.

Примаков же, ловко притушив начинающийся социальный пожар, сыграл роль барана-провокатора. Он выполнил свою миссию мавра и затем послушно ушёл на вторые и третьи роли, позволяя уже другим вести Россию и далее по пути капитализации, коррупции и исторического позора. Впрочем, в качестве президента Торгово-промышленной палаты РФ он и сам внёс немалый вклад в дело дальнейшего разрушения России, которое продолжалось все пятнадцать путинских лет и которое продолжается и после смерти Примакова.

Как много мог бы сделать подлинный патриот и великий человек, оказавшись на месте Примакова в 1998 году! Всё, созданное Советским Союзом, было тогда разболтано, но ещё не уничтожено… Ещё не лежали в руинах и забросе заводы и фабрики, хотя они и простаивали… Ещё не укрепились прочно новые «хозяева» и «хозяйчики»… Ещё была сильна профессиональная компонента общества…

Тем, кому сегодня шестьдесят, в 1998 году было всего сорок три – возраст профессионального расцвета! С какой энергией все они – учёные, инженеры, воины, учителя, рабочие промышленности и строительства, крестьяне – взялись бы за социалистическую реконструкцию Державы, если бы Евгений Примаков был выдающейся исторической фигурой, а не обаятельным ренегатом, не поднимающимся выше благодушного либерализма. Впрочем, возможно, и благодушие его было напускным, ибо у любого капитализатора под овечьей шкурой всегда кроется волчий оскал.

А как относительно просто, быстро и легко мы могли бы восстановить тогда Советский Союз – в том или ином формате!

В своем реквиеме Примакову некий главный редактор некой известной газеты с восторженным придыханием воскликнул – а не пришло ли, мол, время «воспользоваться фантастическим опытом работы Е.М.Примакова и сформировать правительство, куда помимо жёсткого и профессионального агрария Ткачёва можно было смело включать…».

Далее следовал ряд фамилий не самого худшего, но и не очень-то лучшего толка…

Угу! Ткачёв, допустим, профессионал, но цены-то на продукты лишь растут и в условиях «рынка» будут расти и расти… И суть не в Ткачёве, а в «рынке», в капитализме, в зависимости России от подачек Запада…

Изменить положение можно, но – не на путях сохранения капитализма, а на путях нового социализма с властью, реально ответственной перед народом. За образец же тут надо брать не капитализаторское правительство Примакова, а социалистическое правительство Ленина, Совнарком Сталина… Вот их опыт работы и впрямь является фантастическим, и для конструктивного будущего России бесценным. Я не о пресловутом ГУЛАГе, а о призыве Ленина учиться, о его вере в творческие силы народов России, о сталинском: «Кадры, овладевшие техникой, решают всё!» и «Нет таких крепостей, которые не смогли бы взять большевики»…

Уже четверть века в России развивался и креп режим развитого «квартетизма» – «А вы, друзья, как не садитесь, всё в музыканты не годитесь». И если этот режим не сменится режимом «бульдозеризма», когда все те общественные институты, которые создавали, развивали и отстаивали Примаков & Со, будут пущены под нож бульдозера Истории, то…

То плохи будут наши дела уже в ближайшие годы.

Друзья и сотрудники Примакова называли его «Примусом», на что он с его якобы «фантастическим чувством юмора» не обижался.

А что – очень даже подходящий образ!

В те времена, когда Россия под руководством Ленина и Сталина совершала свой беспримерный исторический рывок, детей в советских школах и вообще советскую молодёжь воспитывали на примере горьковского Данко, который вырвал сердце из своей груди, чтобы осветить людям путь к свободе.

А в 90-е годы гнусь и гниль ельцинщины на годик с лишним осветил Примус, который потом лишь коптил и коптил. А когда его копеечный огонёк угас, шуму-то поднялось – как будто страна действительно лишилась выдающегося своего сына…

Эх, Расея!

Сергей Брезкун (Кремлёв), специально для «Посольского приказа»

Все права защищены © 2021 ПОСОЛЬСКИЙ ПРИКАЗ.
Яндекс.Метрика