Вы находитесь здесь: // Актуальный комментарий, Без рубрики // Какую роль играл Запад в Февральской революции

Какую роль играл Запад в Февральской революции

iCA3MVNYI  На днях исполняется очередная годовщина с момента свершения так называемой Февральской революции в России. Без этой революции вряд ли случились бы и последующие события осени 1917 года, когда к власти пришли радикалы-большевики. Как известно, для нашей страны всё это обернулось не просто коренной ломкой прежних устоев, но и большой кровью, невиданной экономической разрухой, гибелью целых слоёв населения Российской империи...

К большому сожалению, у нас в стране до сих пор не появилось толковой и глубокой исторической работы, которая могла бы разъяснить причины столь грандиозных потрясений. Большинство трудов на эту тему носят откровенно примитивный характер.

Современный исторический агитпроп, к примеру, сегодня рисует нам примерно следующую историческую картинку. Жила-была мощная и процветающая Российская империя, с «молочными реками и кисельными берегами», где все жили мирно, сытно и счастливо. А потом вдруг, откуда ни возьмись, явились миру злые революционеры, которые свергли царя, принялись громить «вековые устои» и чуть ли не поголовно истреблять добрых русских людей.

Этот «ужастик» обычно дополняется рассказами о зловредных происках иностранного закулисья. То про немцев, которые отправили Ленина в Россию в «запломбированном вагоне», то про американских евреев-капиталистов, у которых якобы на полном содержании находился другой будущий большевистский лидер Лев Троцкий...

Понятно, что эти «фэнтези» никакого отношения к реальным причинам революционного лихолетья не имеют. То есть, имеют конечно, но отнюдь не самое главное значение. Да, были происки и немецкой разведки, финансировавшей российских революционеров, и американских банкиров, мечтавших разрушить Российскую империю за «государственный антисемитизм» — на страницах нашего сайта мы уже неоднократно писали об этом. Однако та же история учит — никакие внешние интриги не способны разрушить государство, если оно крепко своим единством, если оно успешно решает свои внутренние и внешние проблемы. Увы, про Российскую империю начала ХХ века этого сказать было нельзя, её глубоко раздирали внутренние социальные конфликты. Вот что говорил по этому поводу видный деятель и мыслитель русской белой эмиграции Иван Лукьянович Солоневич:

«...староэмигрантская песенка о дореволюционной России, как о стране, в которой реки из шампанского текли в берегах из паюсной икры, является кустарно обработанной фальшивкой: да, были и шампанское и икра, но – меньше чем для одного процента населения страны. Основная масса населения жила на нищенском уровне».

Социальные противоречия в империи накопились такие, что однажды привели к революционной ситуации. Помните, как у Ленина, – верхи не могут управлять по-новому, а низы не желают жить по-старому. Конечно, не каждая революционная ситуация перерастает в кровавую смуту. Всё зависит от способности и желания властей исправлять собственные ошибки.

К сожалению, исторический опыт России скорее свидетельствует о косности мышления власть имущих. В критические моменты истории они нередко жили по принципу – авось пронесёт, как-нибудь обойдётся, народишко всё стерпит. Так думали и высокие царские чиновники с приближёнными к ним буржуазными олигархами в канун революционных событий 1917-го. Ждали, что само всё пройдёт. Но дождались они страшных революционных потрясений...

Вредные теории

В 1914 году Россия влезла в Первую мировую войну, которая нашей стране была абсолютно не нужна. Царь Николай II почему-то решил присоединиться к западной коалиции стран, боровшихся с тогдашним олицетворением «мирового терроризма» — Германией. Увы, большую роль здесь сыграла идеология так называемого «панславизма», согласно которой все живущие в Европе славяне якобы страстно мечтали восстать против «проклятого австрийского и немецкого ига» и объединиться вокруг «матушки-России».

Однако реальность была совсем иной. Русские дипломаты, годами жившие на землях западных и южных славян, много писали в своих докладных записках о том, что никакого славянского единства в природе просто не существует, что «паславизм» существует лишь в воображении русских мечтателей-интеллигентов, что зарубежные славяне уже веками живут в иной социально-религиозной общности чем русский народ и при этом себя весьма неплохо чувствуют. А если какой из славянских народов (вроде сербов) начинает вдруг вещать о «славянском единстве», то это в основном происходит из чисто меркантильных интересов — значит, им понадобилось что-то урвать от России.

Именно из-за авантюризма сербских правителей, собственно, и началась Первая мировая война — сербские террористы, прикрываемые официальным Белградом, застрелили в Сараево наследника австрийского престола эрц-герцога Фердинанда — сербы при этом явно рассчитывали на поддержку России и, увы, они не ошиблись.

Начавшийся следом международный кризис быстро привёл к началу боевых действий...

Кому война, кому — мать родна

Однако в войну Россия вступила неподготовленной. Войска шли в бой, не имея достаточного количества винтовок и тяжёлой артиллерии. Воспоминания известного генерала Антона Ивановича Деникина прекрасно передают состояние настоящего фронтового ужаса — сутками напролёт безостановочно грохочет немецкая артиллерия, снося наши окопы и укрепления, а с русской стороны ответить нечем: нет боеприпасов.

К 1916 году эта война утратила в нашем народе всякую популярность. Но кое для кого она стала неиссякаемым источником невиданного обогащения. Вот что по этому поводу отмечает историк Алексей Щербаков:

«В те времена поставки снаряжения, продовольствия, фуража осуществляли частники. Предприниматель получал подряд (заказ) на поставки — ну и поставляли... По той цене, которую частник назначал, пусть даже в ущерб государству и армии. Во время войны за ценой обычно не стояли, особенно если кто-то из интендантского начальства состоял в доле. «Откаты» придумали не сегодня, они были широко распространены и в то время».

К примеру, на Путиловском заводе для взяток чинам военного ведомства за получение оборонного заказа существовал даже особый учёт — солидную мзду (кому, когда и сколько) заводские начальники вполне легально заносили в специальную книгу...

С не меньшим размахом развернулись и те дельцы, которые осваивали бюджетные средства на поприще создания всевозможных общественных организаций, предназначенных якобы для «помощи раненым, беженцам, солдатским вдовам». Так, некий Петербургский городской общественный комитет помощи беженцам, получив из казны 312 тысяч рублей, раздал беженцам только 3 тысячи: остальное ушло на «зарплату» служащим комитета. А другой подобный комитет «помощи раненым» вообще умудрился за годы войны умыкнуть неизвестно куда аж 40 миллионов казённых средств!

Не удивительно, что ушлые чиновники и предприниматели во время войны сколотили себе просто неслыханные состояния.

Родина на продажу

Нельзя сказать, что государство не пыталось бороться с тотальной коррупцией, разъедавшей тыл. В 1916 году под руководством начальника контрразведки Северного фронта генерала Николая Батюшина была создана специальная комиссия по расследованию деятельности известного банкира Дмитрия Рубинштейна.

Этот делец не только занимался поставками в армию продовольствия по явно завышенным расценкам, но и бесконтрольно гнал эшелоны с русским зерном и другим стратегическим сырьём за границу. Товар продавался так называемым нейтральным странам (Швеция или Дания), а нейтралы перепродавали его уже... немцам, то есть тем, с кем мы вели войну! Рубинштейн заработал на этих делах, от которых буквально за версту несёт государственной изменой, миллионы американских долларов.

Однако из расследования генерала Батюшина ничего не вышло. Бизнес Рубинштейна, как оказалось, «крышевался» деятелями из числа видных депутатов Государственной Думы и некоторыми лицами из ближайшего царского окружения.

Дело Рубинштейна выявило одну опасную для России истину — недовольство положением в стране стали проявлять не только простые люди, но и многие представители тогдашней правящей и политической элиты. А это уже была готовая почва для так называемого «оранжевого сценария», когда достаточно наличия влиятельных внешних сил, чтобы совершилась революция. И эти силы нашлись в лице западных союзников — Англии и Франции...

Дело в том, что примерно с середины 1916 года стали ходить упорные слухи о том, что царь Николай желает заключить с немцами сепаратный мир и вывести Россию из войны. Сейчас сложно судить, насколько эти слухи соответствовали истине. Но они ходили, что не могло не встревожить англо-французов. Ведь выход из войны страны, которая притягивала к себе почти половину германских дивизий, мог иметь для западных стран очень печальные последствия.

И тогда западники, в лице послов Франции и Британии, стали устанавливать тайные связи с российской политической оппозицией. Оппозиция оказалась значительной. Это был генералитет Русской императорской армии, который сильно задевала неспособность царского правительства наладить нормальное взаимодействие между фронтом и тылом. Это были либералы из Государственной Думы, видевшие главную причину всех бед в стране в отсутствии «демократических свобод». Оппозиционерами были даже некоторые члены императорской фамилии, решившие на смещении Николая II добиться для себя расширения властных привилегий...

Ситуация накалилась к февралю 1917 года. К тому времени по стране ударил продовольственный кризис. Война, как уже говорилось, буквально разорила многие деревенские хозяйства, зерна на рынке стало не хватать. Одновременно спекулянты, вроде известных нижегородских купцов Башкировых, стали специально «придерживать» хлеб в своих закромах. Они ждали «настоящей цены», справедливо рассуждая, что чем дольше идёт война, тем хлеб будет дороже. Всё это усугублялось развалом работы железнодорожного транспорта, где царил настоящий хаос — поезда толком не успевали ни подвозить снаряды на фронт, ни доставлять продукты питания в тыловые города.

В феврале лопнуло терпение у жителей столичного Петрограда. Очереди за хлебом быстро переросли в антиправительственные выступления. Эти выступления были поддержаны рабочими питерских фабрик и заводов, а потом и солдатами гарнизона. Когда царское правительство наконец обратило серьёзное внимание на эти беспорядки, было уже поздно. Армия фактически перешла на сторону бунтовщиков, а полиция попросту разбежалась. А «подбадриваемые» послами западных государств представители элиты стали требовать от царя отречения.

1 марта 1917 года Британия и Франция заявили о признании в качестве российского правительства революционного Временного комитета Государственной Думы. Потрясённый этим фактом Николай II на следующий день подписал своё отречение — революционное «красное колесо» (по образному выражению писателя Александра Солженицына) начало свой разрушительный и кровавый старт...

Вадим Андрюхин, главный редактор

Все права защищены © 2020 ПОСОЛЬСКИЙ ПРИКАЗ.
Яндекс.Метрика